Скандальная история с попыткой отменить «афганские» льготы на основании того, что «нет денег в бюджете» вновь привлекла внимание к проблеме так называемых льгот. Первое, что сделали наши люди — это возмутились по поводу того, что депутаты отменяют льготы несчастным афганцам, а при этом сами пользуются множеством государственных плюшек. Это, конечно, так, но на самом деле происхождение, суть, социальные и экономические последствия афганских и депутатских льгот одни и те же.
Для того, чтобы лучше это увидеть, нужно просто мысленно перенестись в те времена, когда отношения между «политическим классом» и его подданными были честны, прозрачны и не испорчены разнообразными идеологическими химерами. Наверное, первым таким государством можно считать Римскую иперию, родоначальницу пенсий. Однако, в силу разных причин, для иллюстрации удобнее будет европейское средневековье. Средневековое общество, несмотря на свою пестроту, четко разделено на две группы людей, одна из которых принудительно отнимает часть дохода у второй группы. «Политический класс» — то есть, дворянство, живет за счет налогов с подданных, само никому не платит и имеет обязанность защищать свою территорию и территорию государства (обязанность перед монархом). Здесь и появляются наши льготы, а точнее — привилегии в привычной нам форме. И очень важно то, что обычно привилегии проявлялись в виде ослабления некоторых феодальных обязанностей — от «права» сидеть в присутствии короля до экономических привилегий в виде «права» охотиться в королевском лесу и т.п. Привилегии получали частные лица, города и корпорации, которых было так много в средневековье. Очень часто, суть политической борьбы в тех или иных странах в разные времена сводилась к получению или защите привилегий. Средневековье демонстрирует нам две ключевые особенности привилегии. Первая — привилегия является своего рода платой, подачкой в обмен на лояльность. Вторая — привилегии всегда осуществляются за чужой счет, то есть в лучшем случае, за счет сокращения для «дарителя» поступлений от поборов.
Эпоха меркантилизма, сменившая средневековье, была эпохой торжества привилегии. Государства даровали направо и налево разнообразные «права», то есть, привилегии на торговлю или производство определенных товаров определенным группам людей и корпорациям. Особенностью привилегий является тот факт, что «даровать» их легко, а отобрать бывает очень сложно, мало кто решается на такие действия. Поэтому количество привилегий росло, как снежный ком. Экономика переживала тяжелые времена, поскольку регулирование становилось все более обширным и запутанным. Дело закончилось «буржуазными революциями», суть которых, в итоге, сводилась к тому, что закон должен быть один для всех, то есть, привилегий быть не должно.
Впрочем, привилегии никуда не исчезли, хотя, конечно, из экономической сферы деятельности их очень сильно потеснили. Государства начали применять привилегии для укрепления своей власти и, прежде всего, репрессивных органов. Полиция, армия, суды были главными получателями привилегий. Как бывший военный, хорошо знаю, что многих привлекали на службу именно обещания привилегий, — немаленькая пенсия в 45 лет и перспективы «бесплатного» жилья. Будущие привилегии, таким образом, стали важнейшим фактором обеспечения дисциплины и верности системе. Привилегия, получаемая после службы, обладает еще одним важным свойством — чем ближе к «дембелю», тем меньше желания возражать начальству. Таким образом, государства добились того, что чем выше опыт кадров, тем выше и их лояльность.
Социализм, в известной степени, это возвращение к меркантилизму. Мы выросли в системе, переполненной разнообразными привилегиями и подачками, которые стали неотъемлемой частью нашей жизни. Дело еще и в том, что со временем привилегии начинают восприниматься как нечто само собой разумеющееся и даже выглядеть как некие «права».
Существование привилегий наносит обширный и разнообразный вред. Это и повод для постоянного роста государственных расходов (то есть, для роста доли богатства, которую государство изымает из экономики), это и постоянное искажение стимулов (люди получают некие блага, не прилагая к тому усилий, то есть, получают их вне отношений обмена). Привилегии (например, государственные пенсии), разрушают общественные институты (семья и т.п.), приводят к иждивенчеству, и, в конечном итоге, к деградации и упадку наций. Именно этим путем шла все та же Римская империя и другие «социальные государства», проще говоря, количество работающих становится все меньше, количество разнообразных паразитов — все больше, стимулы что-то делать и к чему-то стремиться исчезают, страна гибнет.
Украина унаследовала «социальные завоевания» СССР, которые изначально рассматривались не как обуза для общества и повод для грабежа, а как большое-пребольшое достижение. Есть мнение, что за время независимости количество разнообразных привилегий даже увеличилось. Наше общество рассматривает привилегии как законное право, и в этом «верхи» и «низы» едины. Показательны в этом смысле привилегии «политического класса» в отношении самого себя. «Политический класс» в них абсолютно не нуждается, но, как говорится, это дело привычки. Депутатами и министрами не становятся ради пенсии, но пенсии и другие привилегии для них существуют, ширятся и множатся.
В итоге, помимо традиционного вреда, причиняемого привилегиями, в Украине они становятся к тому же и источником и живительной силой социальных конфликтов. Ведь очевидно, что владельцы «прав» на привилегии обладают разными возможностями в реализации своего «права». Депутат всегда может реализовать свое право на «бесплатное» лечение, а владельцу такого же «права», не принадлежащего к политическому классу, придется приложить серьезные усилия для того, чтобы им воспользоваться. И, кстати, именно это «неравенство» вызывает наибольшее раздражение у людей. Украинцы заняты борьбой за привилегии, и это еше один вред, который они приносят — социальная и политическая активность направляется в ложное русло.
Кроме того, если государство обещает в качестве привилегии благо, которое активно продается на рынке, рынок начинает работать против владельца права на привилегию. Классика жанра — бесплатный проезд пенсионеров в транспорте, который якобы гарантирует государство. То же самое относится к путевкам в санатории, лекарствам, которые должны «бесплатно» получать некоторые пенсионеры и инвалиды, и т.д.
Наконец, возникает проблема компенсации государством затрат, которые несут частные предприятия, обязанные законом реализовывать привилегии, подаренные государством. Возникают чисто технические проблемы администрирования, учета, контроля и т.п. Одно дело, когда «командировочный» предъявляет в бухгалтерию своего предприятия билет на поезд для возмещения затрат, совсем другое, когда, скажем, водитель маршрутки будет пытаться получить компенсацию от государства за провоз пенсионера. Можно легко догадаться, что государство выдумает такие условия, что проще будет возить пенсионеров за свой счет.
Привилегии должны быть отменены все без исключения, иначе они нас погубят. Однако, делать это нужно с задействованием извилин головного мозга. «Афганский» случай, как обычно, показывает, что «донецкие» не умеют и не хотят пользоваться мозгом. Я полностью согласен с «донецкими», когда они говорят о том, что привилегии депутатов составляют незначительную часть бюджета. Однако, я не согласен с выводами, которые они делают из этого факта. В отмене привилегий нужно руководствоваться политическими, а не фискальными соображениями. Прежде чем приступать к любому сокращению привилегий мирного населения, нужно ликвидировать легальные привилегии политического класса, какой бы незначительной не казалась экономия от этого мероприятия.
Есть еще один существенный момент. Группы, пользующиеся привилегиями, такие, например, как «афганцы» или «чернобыльцы» используют их как системный фактор для бизнеса. Поэтому правильным решением перед отменой привилегий было бы упрощение всего бизнеса до состояния «льготного» и отмена чиновничьих льгот. Только после этого можно было бы смело отменять все привилегии для трудоспособных. Затем отменить привилегии силовиков и монетизировать привилегии нетрудоспособных.