Теперь скажем несколько слов о системных особенностях деятельности центробанков. Здесь мы сталкиваемся с проблемой, описанной Мизесом как «невозможность экономического расчета при социализме». Напомню еще раз, что современный центральный банк и денежные власти в целом — это фактически денежный госплан. И, вопреки расхожему мнению, централизация информации и принятия решений для системы в целом означает огромную потерю информации и способности принимать адекватные решения, по той простой причине, что участники системы — не роботы, а живые люди с их собственными планами. Денежные власти просто не понимают, что происходит. И как раз в кризисные моменты это становится наиболее очевидно. Чтобы не занимать много времени и места, просто приведу цитату из книги американского экономиста Тома Вудса о событиях 2008 года. «После того, как законопроект о финансовой помощи (речь идет о самых первых 700 миллиардах — ВЗ) прошел, министр финансов Генри Полсон повел себя не так, как ведет себя тот, кто контролирует происходящее. Вначале нам говорили, что деньги, выделенные для финансовой помощи, пойдут на выкуп плохих активов у банков и восстановят межбанковские платежи, которые значительно сократились из-за неуверенности одних банков в платежеспособности других. Но когда этот план прошел, они передумали. Стратегия выкупа плохих активов была изменена на выкуп правительством долей банков, даже если банки не хотели продавать. Затем и эта стратегия была оставлена. Стратегия, как было сказано, жизненно важная для экономики, без которой произойдет катастрофа, была быстро и просто забыта». Это текст 2008-го. В дальнейшем случилось много аналогичных событий, включая замечательные QE, которых накопилось уже четыре. Если читателю не лень, он может найти их описания в интернете и, как правило, он столкнется с идеей «and now — something completely different!»
Еще более впечатляющим окажется знакомство с историей Великой депрессии, когда усилия Рузвельта из одной депрессии сделали две. Иначе как «хаос» эта деятельность обозначена быть не может. В общем, для нас с вами худшим вариантом является активная и решительная борьба денежных властей с кризисом. Именно отсутствие согласованности и вообще какого-то бы то ни было серьезного желания украинского государства влезать в кризис спасло нас в 2008-м. Конечно, Нацбанк успел навредить, но не так сильно, как мог бы. Тому, что мы не меняем спички на соль в подворотне мы должны быть обязаны исключительно неэффективному государству, отсутствию национального лидера и прочих вещей такого рода, которые так любит прогрессивная общественность.