Итак, человек решил предпринять нечто. Например, срочно помыться, потому, что чешется спина. А мыла нет. Зато есть шило. Тут он видит какого-то типа с мылом. Типу с мылом, наоборот, срочно нужно шило. Происходит обмен, в результате которого обе стороны уходят довольными.
Итак, что мы видим? Первое — не существует никакой объективной ценности. Вся ценность только в голове. Вся ценность связана с теми самыми планами, которые мы строим и «образами себя в будущем». Если тип с мылом тут же предложит опять совершить обмен на шило, скорее всего, он будет послан куда подальше. Может так случиться, что даже в случае острой потребности помыть спину вы не обменяете свое шило на мыло, так как у вас другие планы относительно него.
Обычно, когда говоришь об этих вещах, собеседники торопливо говорят: «да, да, это понятно». Но потом, когда читаешь, что этот собеседник пишет, видишь, что ничего он не понял. Он, например, может вполне искренне возмущаться тем, что какой-то завод «продали за бесценок, в то время, как его стоимость составляла миллиарды гривен». Вот вам и пожалуйста. Для кого эта стоимость составляла миллиарды гривен и почему? Я понимаю такое возмущение только в том случае, если были и другие предложения, подороже, но чиновнички спихнули задешево, но своим. Но если все было честно — в чем тогда вопрос?
Простые вещи понимаются труднее всего. Кстати, не только обыватели и журналисты, но и экономисты страдают этим. Экономисты «классической» школы не могли понять, почему золото дороже железа, ведь железо полезнее. Джевонс, Вальрас и Менгер в разных странах (но, что интересно, почти в одно и то же время) решили эту проблему. Это было еще в 19-м веке, но до сих пор многие экономисты, не говоря уже о журналистах, делают вид, что железо «должно быть» дороже, чем золото.
Второе обстоятельство, это то, что обмен совершится только тогда, когда он будет неравным. Нам постоянно пудрят мозги о «равноправном обмене», а широкое общественное мнение говорит о том, что если вы купили яблоки по 10 гривен за килограмм, то цена этих яблок равна 10 гривнам (то есть это одно и то же). Все это неправда. Обмен происходит тогда, когда каждая сторона оценивает то, с чем она расстается ниже, чем то, что она получает. Обмен шила на мыло — это не обмен «равных» вещей. Для одной стороны шило стоит дороже мыла, для другой — наоборот.
Бродя по базару и прицениваясь к яблокам, вы не покупаете все подряд. Вы сравниваете яблоки с той суммой денег, с которой вам предлагают расстаться. По вашему мнению, вот эти яблоки не стоят 10 гривен, а вот эти очень даже стоят. У других людей может быть совсем другое мнение на этот счет.
Легенда, по которой индейцы обменяли остров Манхеттен на бусы, весьма жестко оценивает европейцев, провернувших эту сделку. Жаль, мнения индейцев никто не спросил. Думаю, они покидали место сделки, тихонько хихикая и покручивая пальцем у виска.
Третье обстоятельство — обмен всегда означает отказ от одного в пользу другого. Это, кстати, тоже нелегко понимается. Тот хмырь, который купил эти гнилые яблоки по 10 гривен отказался от 10 гривен, в их пользу. Я отказался от возможности заработать ради возможности поваляться на диване и так далее.
Четвертое обстоятельство — обмены экономят время. Правильнее было бы сказать — они создают время. Вместо того, чтобы делать все самому, мы можем обменять одни вещи на другие. При этом под словом «вещи» понимаются также такие абстракции как культура или образование. Обмен порождает разделение труда, я могу делать то, что у меня получается лучше, чем у других, получая в обмен то, чего я сделать не могу. Этот пункт обычно на удивление хорошо понимается и не вызывает возражений.
И, наконец, пятое, самое важное и наиболее трудно понимаемое. Обмен порождает то самое «богатство народов». Человек, получивший шило и человек, получивший мыло, улучшают свое состояние, получают то, к чему они стремились. После этого они могут стремиться к чему-то еще. Это и есть то самое богатство. Общество в целом, в лице этих двух субъектов, стало богаче. Ресурсы общества в виде шила и мыла используются теперь наилучшим образом. Самое интересное, что в категорию «более богатых чем ранее» попадаю и я, который валяется на диване, вместо того, чтобы работать. До тех пор, пока я буду оценивать свой покой выше суммы, которую я могу получить за работу, я не сдвинусь с места.
Мы проделали путь от каменных топоров к компьютерам только потому, что один никак не мог почесать спину, а другой потерял свое шило. И оба предприняли некие действия для того, чтобы улучшить свое состояние. Вывод о том, что добровольный обмен, основанный на субъективном понимании ценности создал современный мир со всей его наукой, техникой и производством, с трудом укладывается в нашей голове, но это так.
В заключение заметим, что обмен не означает отсутствия ошибок. Тип с шилом может со временем обнаружить, что на самом деле ему нужны были плоскогубцы. В этом случае, богатство немного подождет. Однако, в любом случае, обмен увеличивает богатство только в том случае, когда он является добровольным отказом от одних благ в пользу других. Постараемся запомнить, этот вывод, нам он еще пригодится.
Происхождение богатства или, что то же самое, причины бедности
«По оценкам НБУ, рост ВВП будет обеспечиваться в первую очередь повышением мирового спроса. Внутренний спрос останется достаточно низким в результате слабой кредитной активности. В 2011 году ожидается незначительное замедление экономического роста (на 3,7%).»
…
Когда я читаю такие тексты, меня охватывает отчаяние и я думаю, что если бы у первобытных людей были экономисты, эксперты и журналисты, мы бы до сих пор ходили в шкурах.