Как известно, государство и корпорация очень похожи друг на друга. И то и другое есть некая абстракция, бумажка с печатью, которая, тем не менее, живет своей жизнью, порой, весьма нешуточной. Однако главное сходство корпорации и государства состоит в организации, которая имеет вид иерархии. Для государств это правило соблюдается всегда, для корпораций — в подавляющем большинстве случаев, если абстрагироваться от попыток новаций в этой области.
Так вот, иерархическая организация порождает всем хорошо знакомый бюрократизм, равно присущий и государству, и корпорациям. Причина в том, что все эти отделы, направления, министерства, комитеты и прочие подразделения, из которых состоит иерархия, никак непосредственно не заинтересованы в конечном продукте. Они заинтересованы только и исключительно в собственной отчетности. Эти люди работают для удовлетворения начальства, а не для того, чтобы продать больше товаров лучшего качества. Если вы, к тому же, живете в стране, вроде Украины, где государство долго и эффективно борется с конкуренцией, то разницы между какой-нибудь «Волей-кабель», «Киевстаром», ЖЭКом или какой другой госконторой вы почти не ощутите. Вы в равной степени не сможете дозвониться в эти конторы, а когда дозвонитесь (your call is very important to us, please, hold), они в равной степени изо всех сил будут стараться ничего не делать в ответ на ваши просьбы. Причина очевидна — людям, с которыми вы там общаетесь, нет до вас никакого дела, им есть дело исключительно до начальства и отчетности. Вам повезет только, если интересы отчетности или текущие «бзики» начальства вдруг совпадут с вашими желаниями.
Все это дает основания многим людям относить негативные свойства государства на счет «извечного бюрократизма», который присущ всем иерархиям, даже вполне частным корпорациям, и на этом основании относиться к государству, как к неизбежному злу вроде плохой погоды.
Между тем, существует, как минимум, три, мягко говоря, больших отличия, которые делают сравнение государства с корпорацией некорректным.
Во-первых, государство, в отличие от корпорации, не может юридически обанкротиться. То есть, фактические банкротства, когда инвесторы пытаются вернуть свои денюжки, случаются часто, но последствия бывают только в виде смены государственного начальства. Настоящее банкротство с распродажей имущества и ликвидацией конторы или покупки ее по частям другими субъектами рынка здесь невозможно. Никакого внешнего начальства над государством не существует, нет никаких процедур признания банкротства и оформления его результатов. Хуже того, поскольку реальность никуда не денешь, и невозможность ответить по обязательствам всегда имеет некие последствия, даже если и не существует «легальных» процедур, то в случае государств банкротство выливается в разные закулисные сделки, за которые все равно расплачиваются налогоплательщики.
Во-вторых, в случае государства непонятно, что есть прибыль. Для корпорации это (к примеру) прибыль владельцев акций, а что это для государства? Каковы критерии успешности деятельности государства? Их просто не существует. Рост ВВП может говорить о росте национального богатства, а может и отражать рост цен или изменение государственных расходов. Например, большие военные заказы отразятся на росте ВВП, но какая от них реальная польза? То есть, в случае государства порочный принцип работы ради отчетности помножен в десятки раз.
Ну и, наконец, в-третьих, самое главное. Потребитель корпорации может выбрать продукцию другой корпорации. Инвестор может продать акции, если его не устраивают перспективы. Ничего этого с государством проделать нельзя. Плохую корпорацию «наказывает рынок», попросту говоря — люди, которые перестают покупать ее продукцию. Это неотвратимо случается со всеми «плохими» корпорациями. Именно по этой причине корпорации так озабочены проблемами, которые создает им собственная иерархичность, и именно поэтому они постоянно изобретают разные способы минимизировать ее последствия. Государство же поступает просто. Вы обязаны потреблять то, что оно производит. Оно наказывает вас, если вы поступаете иначе.
В общем, можно сказать, что государства и корпорации похожи между собой и страдают от бюрократизма. Правда, последствия этих страданий совершенно различны. В случае корпорации, страдания клиентов неизбежно приводят к страданиям корпораций. В случае государства страдания клиентов остаются страданиями клиентов. Сравнивать государства и корпорации можно будет тогда, когда издержки по смене государства будут сравнимы с издержками по смене интернет-провайдера. До этих пор говорить не о чем.