Гитлер на Майдане

*¹

На последнем мероприятии атопробеговцев увидел плакаты, которые изображали Азарова и Гитлера, недвусмысленно намекая на сходство последних. Мне подумалось, что трудно было найти более неверное сопоставление, и еще подумалось о том, насколько в нашей стране недооценена проблема фашизма. Это и побудило меня отыскать заметки, которые я когда-то писал на эту тему и предложить вам небольшую компиляцию.

Пафос сравнения Азарова с Гитлером строится на двух основаниях. Первое — все знают, что Гитлер-фу и Гитлер-кака. Второе — считается, что Гитлер угнетал трудящихся. На этом основании товарищ Гитлер приравнивается к товарищу Азарову, который тоже угнетает трудящихся, и, следовательно, он тоже фу и кака. На самом же деле, товарищ Гитлер нисколько не угнетал трудящихся. Наоборот, он был их вождем, или, по-немецки, фюрером. Гитлер возглавлял широкое народное движение трудящихся, направленное против олигархов, плутократов, западного империализма и еврейских банкиров, то есть это было движение против Азарова.

Азаров и Гитлер — противоположности. Азаров — это результат никем не контролируемой бюрократии. Неконтролируемой в силу нежелания, лени, трусости, «оно мне надо», некомпетентности и невежества. Гитлер — это протест против Азарова, направленный по ложному пути. То есть Гитлер (Муссолини, Ленин) — это яростная борьба со следствиями, а не причинами. Результат ошибки — новый расцвет новой бюрократии (теперь под красным флагом!), многомиллионная бойня, угнетение все тех же трудящихся, проигранная война (Гитлер, Муссолини), загнивание и крах (все остальные).

А теперь о фашистах.

Для начала нужно определиться, с чем мы имеем дело. Фашизм, нацизм и коммунизм — суть тоталитарные идеологии. То, что первые две враждовали со вторым, ничего не меняет. Это, скорее, была борьба за место под солнцем. В стране не может быть двух тоталитарных партий сразу, должен остаться сильнейший. Все эти тоталитарные движения растут из одного корня и всем известно, насколько они похожи даже внешне, включая красные флаги, обращение «товарищ» и псевдоклассицизм в искусстве (правда, итальянцы застряли на модерне).

Коммунизм нам хорошо известен, а вот говоря о нацизме и фашизме, нужно два слова сказать об их отличиях. Муссолини исповедовал идею корпоративного государства, своего рода, реинкарнации средневековой идеи об «истинном месте» каждого, в зависимости от социального статуса, товарищ Шикльгрубер был в этом смысле попроще, у него государство выглядело доведенным до логического конца «прусским порядком». Кроме того, Муссолини не был первоначально завязан на идеях высшей расы, он скромно считал себя всего лишь наследником Римской империи.

Отличительными чертами тоталитарных движений являются

• Наличие тоталитарной идеологии: марксизма, фашизма, нацизма. Такая идеология должна быть всеобъемлющей и главное — содержать формулу счастья для всех (то есть, для членов правильного коллектива). В марксизме — это обещание коммунизма, в нацизме — «тысячелетний рейх», основанный на правлении высшей расы, в фашизме «дух нации», который воплощается в государстве.

• Наличие обязательного единства. Тоталитаризм иногда называют «го­су­дар­ство-об­ще­ство», в нем все считаются объединенными общей целью, ради достижения которой не страшны никакие жертвы. Пропаганда является массовой и обязательной, так же, как и «воспитательная работа». Инакомыслие уничтожается.

• Популизм. Массовая поддержка немыслима без того, чтобы на любой вопрос не давался простой и конфликтный ответ, с указанием, кто виноват. Мир представляется системой, в которой «если где-то прибыло, то значит где-то убыло» и, соответственно, нужно просто справедливо разделить. Маленькие радости конфискации имущества «врагов народа» приносят в дело служения этому народу дополнительные приятные моменты.

• Наличие искренней и массовой поддержки. Это — обязательное условие, без многочисленных бескорыстно и истово верующих тоталитаризм немыслим.

• Наличие тоталитарной партии. После победы партия является «руководящей и направляющей силой» общества. Она контролирует государство. Разумеется, такая «партия» должна быть одна.

• Социализм. Все тоталитарные режимы пытались воплощать в жизнь экономические социалистические доктрины — национализация, регулирование цен, управление производством советами рабочих и управляющих (Муссолини), «пятилетки» в СССР, «четырехлетний план развития» в Германии и т.п.

Все тоталитарные движения имели массовый, народный характер и возникли как протестные движения. Невозможно себе представить победу тоталитарного движения в условиях благополучия и процветания. Тоталитарные партии были партиями революционными, после их победы радикально менялось государственное и социальное устройство. Это и были революции — социалистическая революция в России, фашистская революция в Италии и национал-социалистическая революция в Германии.

Такие партии, опять-таки, были немыслимы без вождизма. Протестные лидеры были яркими персонажами. Нам Гитлер кажется смешным, но для того времени он был «модным чуваком». Сейчас бы он носил козлиную бородку, экзотическую прическу, пирсинг и тату.

Подчеркну, что основой успеха тоталитаризма является вера в его цели. Так называемые «массы» верили не столько в Гитлера, Муссолини или Сталина, сколько в идеи светлого будущего и в то, что эти вожди намерены и способны привести «нас всех» туда. При этом, эти идеи всегда имели «научно обоснованный» характер. Для Германии это было «жизненное пространство», «продовольственная безопасность» и т.п. меркантилистские штучки образца 17 века. Немцы назначались высшей расой потому, что они считали, что в состоянии лучше других справиться с этими проблемами. «Ученые доказали», что это так, и тут уж ничего не поделаешь. Остальные народы должны были смириться или погибнуть, но, как говорится, ничего личного в этом не было. То же самое можно сказать и в отношении марксизма. Представители «эксплуататорских классов» не считались плохими людьми и даже преступниками в классическом понимании. Просто они самим своим существованием угрожали восстановлением «старого мира» и потому должны были быть уничтожены. Ничего личного.

Именно бескорыстие в следовании цели, которая ставилась перед «нацией» или «пролетариатом» привело тоталитарные партии к победе. Коррупция была немыслима. Она неизбежно возникла позже, в выжившем после войны СССР, затем в Китае, а теперь и в Северной Корее, но первоначально тоталитарные партии были антикоррупционными, поскольку, повторю, это были протестные партии.

В общем, любой желающий может сравнить это описание с ныне правящим режимом. Разумеется, террор и репрессии являются логическими следствиями правления тоталитарных партий, но не любой террор обязательно вызывается только тоталитаризмом. Та же «милитаристская Япония», совершившая ничуть не меньше массовых убийств и репрессий в годы Второй мировой, тем не менее, не была тоталитарным государством в классическом смысле.

После войны «фашизм» стал ругательным словом, но хуже всего, что во многих странах преследуются как фашистские партии, так и «пропаганда фашизма». Как это обычно бывает с государственным вмешательством, оно приводит к прямо противоположным последствиям (я уже не говорю о том, что если запрещен фашизм и нацизм, то должен быть запрещен и коммунизм, который ничем не отличается и который убил людей куда больше).

Украинское законодательство считает, что оно должно карать за «пропаганду фашизма». Но на самом деле, в Украине фашистская идеология процветает, фашистская пропаганда льется рекой из уст самых разных политиков, существуют фашистские партии, издаются книги, газеты и журналы и т.п. Причина проста — никто и никогда не сможет доказать в суде, что кто-то является фашистом. Это невозможно по понятным причинам, так как а) невозможен полный и окончательный перечень признаков фашизма, как и любой другой идеологии, б) несовпадение с таким гипотетическим перечнем хотя бы в одном пункте, означает, что обвиняемый — не фашист.

Наше общество достаточно фашизоидно. Думаю, идеи тоталитаризма в «мягкой форме» поддерживают процентов 90% украинцев (справедливости ради нужно сказать, что они поддерживают любые идеи, кроме тех, которые призывают к личной ответственности за свою жизнь). Однако, никто не сможет даже поставить перед обществом вопрос о фашизме, никто не сможет начать серьезную дискуссию, пока государство преследует «за фашизм». В итоге, мракобесие, которым страдают украинцы, не считается фашизмом. «Фашизм — это плохо. У нас не фашисты, а что-то другое, не такое плохое, поскольку фашисты запрещены». Если никого не сажают и не преследуют «за фашизм», значит его нет, считает наш обыватель.

В общем, главная опасность — это мы сами и наше желание снять с себя ответственность и раствориться в толпе. В случае Азарова — в трусливой и инертной толпе, прячущейся от всесильного рекетирского государства и жалующейся «а что я могу», в случае Гитлера — в агрессивной толпе, «наводящей порядок».

Фашизм прекрасен. Левые очень сильно суетились, чтобы как-то объяснить этот феномен. В ход пошел даже психоанализ, Фромм вообще додумался до некрофилии. На самом деле, это все чушь собачья. В самой основе фашизма и любого другого тоталитаризма — самые лучшие человеческие чувства и стремления. Прекрасное чувство единения во имя общего правого дела, чувство причастности к большому и светлому «мы», от котрого мурашки по коже идут… чистая красота, не обремененная разумом.