Недавно опять наткнулся на историю, которая в разных вариантах уже довольно давно гуляет по интернету. В этот раз это была «история о двух мостах». Дабы не утруждать читателя хождением по ссылке, вкратце суть такова. Два мостостроителя говорят о наиболее запомнившихся проектах в их жизни. Первый вспоминает грандиозный проект, который готовили несколько лет лучшие умы, и на постройку которого ушли грандиозные ресурсы. Второй вспоминает о том, как они с приятелем, напившись водки, для забавы перекинули веревку через ущелье. Жители деревень, расположенных с разных сторон ущелья, начали использовать веревку в своих целях. Через некоторое время, кто-то перебросил вторую веревку. По веревкам бегали дети для развлечения. Затем из двух веревок соорудили мостик, по нему стало возможно переносить небольшие товары. Между селениями пошла торговля и они начали расти. Потребности торговли со временем превратили то, что сначала было веревкой в полноценный мост. Как и положено в притчах, в конце выясняется, что речь идет об одном и том же месте. Первый грандиозный мост оказался никому не нужным и был снесен, а второй и сейчас стоит.
В общем-то, политэкономическая мораль ясна. Разница между проектами возникает от ошибки в понимании целей и средств. В первом случае, мост был целью сам по себе, во втором он постепенно возник, как средство для людей, преследующих свои собственные цели. То есть, в первом случае государство (или другой незадачливый прожектер) фактически посчитало, что ему заранее достоверно известны цели тех, кто (возможно) будет использовать мост и, разумеется, ошиблось.
Эта история иллюстрирует также процесс роста экономики и, в целом, создания и поддержания социальных институтов. Рост появляется как результат усилий людей, преследующих свои собственные цели, в ходе которых они создают новые возможности для других людей, которые теперь могут преследовать более ценные цели и так далее. Социальные институты (мост) — один из результатов этого процесса. Социальные институты существуют в том объеме, и в том качестве (веревка, две веревки, подвесной деревянный мост), в котором они способны приносить пользу конкретным людям в их конкретной деятельности. Совершенствование этих институтов является частью деятельности людей, которые преследуют свои цели. Реальный социальный институт «проходит проверку» каждым, кто им пользуется в каждый момент времени и существует, совершенствуется или приходит в упадок в зависимости от результатов этих «проверок».
Конечно же, эта история и о государственном регулировании, поскольку именно государство занимается у нас «масштабными проектами», и это даже часто ставится ему в заслугу. В ней ясно видна цена (неизбежной) ошибки — огромные ресурсы, используемые на государственные проекты выбрасываются на ветер. Хуже того, ресурсы отвлекаются от продуктивной деятельности индивидов. Грубо говоря, постройка одного такого мега-моста не только означает растрату ресурсов, используемых при постройке именно этого объекта, она означает также множество не переброшенных через пропасти веревок, не вырытых колодцев, не посаженых деревьев и т.д. Она означает также разрушение процесса координации и роста, то есть, веревка, переброшенная при принудительном изъятии ресурсов для государственных проектов может и не превратиться в мост, хотя, при другом стечении обстоятельств, так вполне могло случиться.
Однако, самое важное обстоятельство, о котором мне бы хотелось сказать в связи с историей о двух мостах, состоит вот в чем. Истории такого типа (более известной версией является легенда о мудрых строителях, которые подождав, пока люди проложат тропинки между домами, затем их заасфальтировали) всегда выглядят, как сравнение двух типов планирования и, в целом, регулирования. Этатистский тип в этой истории выглядит просто более тупым и расточительным, а «либеральный» более мудрым и экономным. Но при этом, оба рассматриваются как «методы проектирования» в рамках государственного регулирования. И когда дело доходит до вещей, которые кажутся публике очевидными, «либеральный» подход проигрывает. Ну вот, кто «в реальном мире» будет ждать, пока люди сами протопчут тропинки? Или как можно «проводить политику невмешательства», когда каждому ясно, что вот здесь и прямо сейчас государство просто таки обязано построить больницу, дорогу или тот же мост? Либеральная позиция «невмешательства» выглядит наивной и прекраснодушной, если не сказать идиотской. Да, вполне может быть, что госрегулирование более затратно и уничтожает возможности, о которых мы ничего уже не узнаем, но есть задачи, которые нужно решить прямо сейчас и, так сказать, любой ценой.
Все это к тому, что если вам интуитивно нравится второй вариант моста, то аргумент против сторонников первого состоит не в том, что ваш метод лучше. Если вы принимаете саму необходимость государственного вмешательства, вы полностью лишаетесь всех аргументов. Идея «подождать, пока само вырастет» всегда будет проигрывать идее волюнтаристского вмешательства. Ведь если у государства есть средства, то просто грех их не использовать с благой целью.
Тот факт, что весь политэкономический дискурс задается государственным регулированием, мешает либералам, поскольку они начинают возражать в том же дискурсе. На самом же деле, главный либеральный аргумент состоит в том, что, хочет того государство или нет, люди перекидывают веревки через пропасти и это является частью их планов (вспомним, что второй инженер в нашей истории не строил мост, а просто забавлялся). Люди, безотносительно к их политическим взглядам и отношению к государственному регулированию, просто самим фактом своей деятельности и взаимодействия между собой ежесекундно создают социальные институты, и ничто не может повлиять на этот процесс. Государство не может знать цели всех людей и не может предугадать результаты их взаимодействия. Даже если допустить, что государство для своей деятельности научилось каким-то волшебным образом не изымать ресурсы из общества, его проекты здесь будут просто лишними и будут приносить ущерб уже тем, что потребуются ресурсы для их демонтажа.